Морские Анекдоты. Часть 80

На неоднократно краснознаменном Балтийском флоте по инструкции было положено швартоваться так: дается команда «самый малый назад» и корабль медленно причаливает. Так швартоваться для уважающего себя капитана считалось западло. Боевой капитан швартовался так: давалась команда «полный назад», затем, слегка недоплывая до причала, «полный вперед», чтобы погасить скорость, и «стоп машина». Корабль останавливался, весь в пене и под восхищенные взгляды болельщиков. При этом на корме обязательно стоял мичман, который отсчитывал расстояние до берега и выкрикивал его капитану.

 

 

Однажды один сторожевик начал тормозить слишком поздно. Монолог мичмана:

– Семьдесят метров… сорок метров… двадцать метров… десять метров… П*здец! Море кончилось!!!

 

 

Пионерский пароход

 

Дело было в проливе Балабак. Опаздывали на судне «ПИОНЕР НИКОЛАЕВ» на МРТО в Сингапур. От Новой Зеландии выходили. Мастер выбрал самый оптимальный вариант: море Сулу – пролив Балабак. Тогда славились филиппинские пираты. И вот по тем местам решили проскочить.

Ночь. Справа Филиппины, слева Индонезия. Прем полным. Противопиратские группы по всему пароходу вооруженные разными железками. Мы с Витей Балиным (ст. трал) стояли за кормовым порталом в кармане, вооруженные пожарным топором и пожарной пипкой под давлением. Все огни на палубе были погашены, иллюминаторы задраены. Короче, глухая тропическая ночь.

И вдруг сбавляем ход и начинаем отворачивать. Решили с Витей шкуры свои подороже продать, топор и пипку удобней перехватили. Молодым советским морякам решительности не занимать. Ждем, когда полезут. Не полез никто. Витя вспомнил про телефон, запросил мостик. Думал, может там все под автоматами уже лежат и едет наш пионерский пароход в рабство. Мастер лично орал матом про рыбака, который перебирал сетку в этом самом проливе. На клотике у рыбака горел огонек. Как его заметили и успели отвернуть никто толком не объяснил. Глаз на мосту хватало. Переехали бы и не заметили. Рисковые ребята. Азия‑с. После этого рейса Вите дали орден Дружбы народов. Так совпало. Но веселились долго.

 

Корабельный питомец

 

На минном тральщике, где дед служил в войну, держать самого распространенного корабельного питомца – кота, было невозможно. Из‑за сильных магнитных полей кот ходил по палубе, постоянно отрясая лапы, потом начинал болеть. Держали собак, а однажды матрос привез из отпуска кавказского медвежонка.

Медведь хорошо прижился и, как водится, развлекал команду. Например, он умел бороться, но проигрывать не любил, начинал кусаться. Поборов матроса, триумфально восседал на побежденном и довольно урчал.

Мишка очень любил компот и наравне со всеми стоял в очереди к бочковому. Следил за порядком – тех, кто пытался пролезть без очереди, сердито отталкивал. Пил компот из бутылки с обвязанным тряпкой горлышком. Единственная проблема была с медведем – он сильно мешал команде при боевых тревогах. Когда, услышав сигнал, все бежали наверх, мишка устремлялся вниз и с ним невозможно было разойтись на узком трапе. Протиснувшись сквозь ругающуюся толпу, он бросался на чью‑нибудь койку и прятался под одеялом.

И все же с любимцем пришлось расстаться. Подрастая, он принялся хулиганить по‑настоящему. Прогуливавшихся по набережной женщин неожиданно кто‑то обнимал сзади. Реакция несчастной, которая оборачивалась посмотреть, с чьей стороны ей оказаны подобные «знаки внимания», очевидна. Поступило распоряжение – списать зверя с корабля. И его отвезли в зоопарк.

 

Морская кошка

 

А вот представьте себе такую картину: родилась у нас на корабле кошка. Сходила одну автономку с нашим первым экипажем, потом с нами, по приходу сидим мы день на третий на пирсе, сами греемся.

 

 

Вдруг морякам приходит в голову показать кошечке «мир». Нашли ее по‑быстренькому в третьем отсеке, а она как почувствовала что ей что‑то не то готовят, упираться стала, так матросик ее в РБешку свою завернул, по трапу поднялся и вытряхнул ее по середине пирса.

У бедной кошки шерсть дыбом, глаза из орбит вылезли, на первую минуту потеряла «дар речи» своей кошачьей. Потом истошно заорала традиционное «Мяу!» и так стремительно бросилась обратно в ограждение рубки, что не все поняли сначала, в свой пароход она шмыгнула или соседний.

Все нормально через пару дней видели ее на обычном месте. Интересно, какое у нее сложилось мнение об окружающем мире?

 

Не девичья романтика

 

Боевой корабль, стоящий на приколе, становится местом бурной деятельности зама командира по воспитательной работе. А зама хлебом не корми – дай устроить какую‑нибудь экскурсию. К нам на корабль, например, часто ходили скауты. Практически каждую субботу они приходили в гости, и вечно с ними возникали проблемы.

Вот однажды на двух катерах приехали три десятка девушек 14–16 лет, посмотреть на корабли вероятного противника (дело происходило в Севастополе).

Девушка в 14 лет это квинтэссенция романтичности. Море. Корабли. Тельняшки. Храбрость. Два капитана.

Спрашивается – кто их просил приезжать на час раньше назначенного времени?

Пока девочки, незамеченные вахтенными, выпрыгивали на причальную стенку, на всех кораблях нашей дивизии проходил телесный осмотр. В теплое время года он, как всем известно, проводится на юте и с причала все очень даже видно. Тем более что именно этот телесный осмотр был приурочен к появлению на Черноморском флоте сифилиса.

Какая‑то причальная бабочка опылила шестерых моряков с Графской пристани, и они в результате намотали себе на пестики. А все потому, что недостаточно ведется замами воспитательная работа среди личного состава.

Да… Вот, значит, девочки высыпали на пирс и внимательно смотрят на наш корабль, а там стоит 250 бравых моряков в трусах и тапочках. И в этот момент звучит команда дежурного по кораблю: «К медицинскому осмотру на предмет трипера трусы спу‑стить!». И все 250 человек в две секунды остаются в одних тапочках. Очень красиво получилось. То есть я хотел сказать – некрасиво.

Мне аж страшно представить, какое впечатление произвел этот военно‑морской стриптиз на неокрепшие детские умы. Говорят, что на корабль их потом еле загнали.

 

ВАС после АВАС

 

Военно‑морское училище. Надвигается экзамен по мореходной астрономии. Эта астрономия в то время сопровождалась долгими, нудными и кропотливыми расчетами по специальным таблицам, которые называются «Высоты и азимуты светил», издания 1958 года, и, как все в ВМФ, аббревиатурятся по принципу: первые буквы названия – год издания, т. е. «ВАС‑58».

К экзамену, естественно, никто не готов. Дежурного по классу направляют на кафедру кораблевождения, надо каждому по этой книжке до завтра – предполагается, что ночью (!) все (!!) станут готовиться. И он идет. В лаборантской сидит этакая козочка и стучит на машинке. Этот просовывает голову в дверь:

– Г‑ы‑ы… А можно «ВАС» на ночь взять, потренироваться?

Несколько секунд они смотрят друг на друга, причем дежурный продолжает улыбаться и не понимает, чем так напугал бедную девушку.

Наконец, до нее доходит скрытый смысл фразы:

– А‑а‑а… (осторожно так) «ВАС‑58»?

– Не‑а! (ему же на всех…)  Нас двадцать четыре!»

 

http://flot.com/welfare/anecdote/anecdotes.php

 

* * *

 

Вышли в море так, что берегов не видно, для стрельб личного состава из АКМ. Вертолетная площадка, построение РТД. Инструктаж по безопасности стрельб проводит командир РТД Малышев:

– Дивизион, кто ответит, куда надо попасть?

– В небо!

– Неправильно.

– В цель!

– Неправильно.

– В мишень!

– Неправильно.

Комдив, поднимая палец верх:

– Главное – попасть не в товарища, не в себя, не в корабль, а нужно попасть в море. Инструктаж закончен, приступить к стрельбам!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *